Альпклуб МАИ
     
 

Главная / очерки / ...

Лето 2008

Предисловие.

В этом году у меня была мысль написать полноценный дневник, ежедневно документируя все более-менее важные и не важные события. Но, в первый, же день мероприятия, я понял, что дневник получится совсем не позитивный, а очень даже негативный, да и убивать свое время на писанину совсем не захотелось. Лучше пойти погулять, подышать красотой. В связи с вышеперечисленным, я принял решение написать "воспоминания" о Маёвских летних сборах 2008.

Мы едем в Цей!

Кажется, еще зимой решили, что всей толпой поедем на очередной горнолыжный курорт (в прошлом году ездили в Домбай) - в Цей. На сайте стали появляться списки отделений, строиться спортивные планы и т.д. В начале лета собрались представители всех отделений и купили билеты на поезд до славного города Нальчика. Вечером на тренировке знатоки тамошних мест пожали плечами и покрутили пальцем у виска - до Владикавказа брать надо было. Но, до Владика билетов не было, будем добираться из Нальчика...

Через пару недель было проведено организационное собрание, на которое новички притащили железо, раскладку и подробный спортивный план с указанием вершин, категорий и дат восхождения - хоть бери и уже заполняй книжки альпинистов...

Собрание открыл инструктор Ерохин, который сообщил, что все, кто собираются в Цей, пусть собираются дальше, пожелал им удачи и помахал рукой, а мы едем в ущелье Адыр-су в лагерь Уллу-тау. Некоторые удивились, но большинству было всё равно - хоть в Безенги, хоть в Гималаи.

Подготовка к Уллу-тау.

Ксюхой, как инструктором был назначен курс занятий на сосульке, который выявил полную неспособность отделения к работе со снаряжением и рельефом, после чего был оглашен спортивный план, включавший в себя 7 вершин второй, третьей и четвертой категорий. Народ был слегка шокирован, но доволен...

Перед отделением встала задача, где набрать нужного снаряжения. Как всегда всех выручил старший тренер Волков, который обиделся на Митяя, за то, что тот отбился от сборов и собрался ехать отдельно... В итоге Митя лег в больницу на неделю, а потом остался в Москве... Митяевской снарягой оснастили 3 или 4 отделения - теперь все готовы к отъезду.

11-12 июля. Мы едем, едем, едем, едь...

В пятницу 11 июля я в очередной раз пытался отыскать своего руководителя практики, чтобы сдать ему отчет и со спокойной душой поехать в горы. После продолжительных поисков обратился на кафедру. Там сказали, что Киреева искать бесполезно, т.к. он выключил телефоны и уехал с семьей на дачу или еще хуже - в горы. Меня пробило на улыбку.

Пошел в сторону дома, чтобы дособирать рюкзаки, но по дороге наткнулся на Волкова, который попросил сгонять к Москалеву за спутниковым телефоном. Взял адрес и под проливным дождем поехал на Красную Пресню. Отыскал офис. На входе сидит охранник, говорю, что пришел к Москалеву. Тот минут пять роется в списках сотрудников фирмы, потом переспрашивает фамилию. Тут я ему улыбнулся и сказал, что пришел к "главному". Наконец мы поняли друг друга, и я был послан в красную дверь. За красной дверью мне пришлось представиться, что моя фамилия Поляков, прибыл я из компании "Альпклуб МАИ" по поручению Волкова Михаила. На ресэпшане мне предложили подождать на диванчике. Через полтора часа приоткрылась дверь, в кабинет вошел человек очень похожий на Карпова. Присмотрелся - действительно он! Тут меня заинтересовал вопрос, - какого лешего я здесь сижу, теряю практически целый день, если телефон мог забрать Анатолий. Но тот ехидно улыбнулся, сказал - жди, и пошел, наверное, выносить мозг своим подчиненным. Через некоторое время появился и Москалев. Дмитрий принес мне телефон, объяснил, как пользоваться, дал несколько мудрых советов и пожелал удачи.

Теперь у нас есть всё, даже связь. Через три часа поезд.

Приехали на вокзал. Стоит поезд, стоят пассажиры, но никто не заходит - оказывается, не всё у нас есть. Билеты у Ксюхи, а Ксюха недоступна. За 10 минут до отправления собрались все - приехали и Ксюха, и Волков, и все кому не лень было тащиться на вокзал проводить друзей.

Загрузились, поехали.

В поезде Чистяков загрустил и решил отметить свой день рождения, который был пару дней назад. Ближе к вечеру подтянулись энергеты и принесли два стакана чая. Объяснили сей неспортивный поступок тем, что забыли кружки в своем вагоне, а пустые стаканы проводница не дала.

12 июля в одно из пришествий представителей дружественного клуба мы наконец-то оформили на всех участников справки из спортивного диспансера. Ну, а вечер традиционно закончился песнями под гитару.

13 июля. Нальчик - Уллу-тау.

Ранним утром мы высадились из поезда в Нальчике, где у вокзала уже стоял Икарус и ПАЗик. В Икарус загрузили все рюкзаки, посадили большую часть людей и отправили в лагерь. 10 человек забрались в ПАЗик и поехали на рынок, где закупили килограмм 400 еды и прочих полезностей и поели плова. Сытые и довольные поехали в сторону Адыр-су.

Дорога ровная и гладкая, поэтому я уснул на пару минут, а когда проснулся, подумал, что попал в национальный парк США Zion. Уж больно был похож пейзаж за окном на картинку, которая висит на стене в клубе.

Автобус свернул с шоссе и уткнулся в стену - тут легендарный подъемник в ущелье Адыр-су. Поднялись наверх и, ожидая пропуска в погранзону, наблюдали за работой лифта. Пройдя пограничный контроль, автобус понесся по горной дороге в сторону лагеря. Мешки с помидорами почему-то оказались под ящиками с тушлом, но в целом добрались без потерь. В Уллу-тау нас встретили те, кто приехал несколькими часами ранее и Ким Кирилыч, который, похоже, выпустил сегодня уже не одну группу и выпил не один бокал "ЗаПор´а" - коктейля местного производства, который мешают Зайцев с Порохней.

Изучив домики, мы решили жить в палатках. Маёвцы поселились на живописном острове на окраине лагеря. Вечером участники акклиматизировались, а инструктора разбирались с руководством альплагеря.


Нальчик.

Наши автобусы.

Zion National Park.

Подъемник в ущелье.

Подъемник в работе.

Альплагерь Уллу-тау.

Перевал Гарваш.

14-15 июля. Скалы.

Утром все отделения отправились на скальные занятия - Ерохина и Горбачева в одну сторону, Кочневой и Чистякова - в другую. По дороге нас догнал Карпов и предложил выйти на связь. Анатолий и Костян включили рации, договорились выходить на пятом канале, поговори между собой, находясь на расстоянии 3 метра, и пошли дальше.

Нашли скалы, начали занятия. Клали закладки, били крючья, вили гнезда, Лезли трассы со своими точками, дюльферяли вниз. Развлекались до тех пор, пока не замаячили тучи на горизонте. Побежали вниз. По дороге встретили пару мужиков, которые спросили, идет ли вверху дождь. Судя по всему, внизу он уже начался.

В лагере поужинали и пошли обсуждать дальнейшие планы. Ксюха поведала, что у нас проблемы с инструкторами - у Горбачева нет документов, Чистякову их тоже еще не оформили, а сама она имеет право заниматься только с группами новичков, т.е. на тройки мы с ней ходить не можем. В сложившейся ситуации было принято решение завтра продолжить скальные занятия, а послезавтра выйти на снежные и ледовые занятия с последующим восхождением по маршруту первой категории.

Ночью и утром 14 июля лил дождь. Палатку-сарай отделения Чистякова чуть не затопила разлившаяся речка. Все скучали и ждали хорошей погоды. Ближе к обеду Ерохин с Горбачевым увели своих на скалы, мы еще немного подождали, покушали и тоже пошли заниматься.

На этот раз отрабатывали взаимодействие связок, жумаринье и дюльферяние в грязной траве под дождем. В итоге пришли к выводу, что взаимодействовать не стоит, быстрее двигаться независимыми связками : . Спустились в лагерь и стали готовиться к завтрашнему выходу.


Костян на приеме.

Машка закладывается.

Денис забивает.

Все работают.


Наш лагерь.

Идет дождь. Скучно.

Опять скалы.

Снег, лед и газовая война.

16 июля.

Утро началось с того, что отделения новичков ушли в поисках снега и льда на ледник Гумачи, а мы решили позавтракать. После завтрака народ начал собираться, а меня отправили на переговоры для решения "газового вопроса". Ситуация заключалась в том, что у нас было несколько баллонов, которые нужно перезарядить. Отыскал завхоза, принес ему баллоны и переходник. Тот вытащил полупустой пятидесятилитровый баллон с "газом". Попытался заряжать наши, но в итоге только спустил с них остатки газа. Через некоторое время к нему подошли люди и сказали, что плитка на его газе еле горит, он отбурчался и ушел. После возвращения я узнал, что и баллоны мои не перезаряжаемые, и переходник растачивать надо, и вообще понаехали тут. В итоге нам было впарено три б/ушных баллончика. Пошел собирать шмотки с мыслью, что с русскими по поводу газа разговаривать бесполезно - и газопровод им отдай, и денег много хотят, и воруют у них постоянно, а сами ослиную мочу впаривают...

Собрались, опоздали всего часа на полтора, вышли. В середине пути кого-то из Чистяковских "трупов" разгрузили, и часть груза передали Кирпичеву. Минут через 15 он догнал меня, пожаловался, что его загрузили выше крыши, и сейчас он еле идет. А через минуту Николай уже превратился в точку, как мотоцикл на МКАДе. Мне б так "еле ходить", - мелькнула мысль, и я остановился. Закончились последние силы.

Добрались до ночевок. Ерохин и Горбачев работали на леднике, наши отделения поставили палатки и отправились на снег в сторону перевала Гарваш. Несколько часов месили снег, срывались и зарубались - отрывались по полной. Ближе к вечеру спустились к ночевкам и стали обживаться. Ксюха продолжила разборки с палаткой Дениса, которую поставили только со второй попытки, а я переехал к Лехе Золотареву.

После ужина Серега травил байки про Тибет, Непал, монастыри и монахов. Незаметно начало темнеть все разошлись по домам. Ночью дул сильный ветер, поэтому очень долго не могли уснуть - думали, снесет или не снесет...


Денисова палатка.

Самостраховка.

На снегу.

Гумачи.

17 июля.

Как ни странно, наша велосипедная палатка устояла, и утром мы выдвинулись на ледник. На льду было не так весело, как на снегу, но тоже не скучали. Выполнили всю программу и побежали к палаткам сушиться и собираться - завтра ведь на маршрут. Мне с Костяном утром дежурить, поэтому с вечера собрали необходимые продукты, набрали воду в каны, поставили будильники на 4:30. Практически всю ночь не спал - лил дождь, и гремела гроза. Палатка выдержала и в этот раз. После того, как сработал будильник, я понял, что ловить сегодня нечего, и улегся спать.


Свалка у водопада.

Уллу-тау.

Стена над ночевками.

Полинка.

18 июля. День непогоды.

Утро началось часов в 8. На некоторое время прекратился дождь, и все повылезали из палаток. Я посмотрел по сторонам - красота неописуемая, но пару слов скажу и приложу пару фотографий. Всё ущелье затянуто туманом - как полная чаша, вершины даже невысоких гор присыпаны свежим снегом, а за ледником оранжевый водопад - у его истоков ночью произошел обвал, и сейчас вода вымывала осыпавшуюся землю.

Периодически где-то вдалеке показывалось солнце, а у нас непрерывно дул ветер. Туман то уходил из ущелья, то возвращался снова. Практически не переставая, шел дождь. Народ сидел в палатках и убивал время, постепенно уничтожая запасы продовольствия. Ближе к обеду погода испортилась совсем и начал сыпать град. Через полчаса под одной из наших палаток образовался бассейн, и палатку было принято решение расселить. Когда стихия успокоилась, старший тренер мероприятия Кирпичев пришел к выводу, что не будет сегодня ни погоды, ни ужина, собрал палатку и ушел вниз.

Вечером на ужин у нас была гречка, а у дружественного отделения один или два бомж-пакета на 10 человек.


Туман наступает.

Полная чаша.

Пошел через край...

19 июля. Гумачунгма - вершина мира.

Вышли в 6 утра. Погода не однозначная - вроде солнце светит, но над перевалом висит что-то вчерашнее. Откладывать восхождение больше некуда - побежали. Пройдя первую ступень ледника, заметили, как по снегу рубится группа, которая вышла в 4 часа. Пошли по их ступеням. Быстренько забежали на перевал, где догнали коллег и отблагодарили за тропу. Те предложили нам тропить дальше, но мы вежливо отказались, мотивируя свое решение тем, что нужно дождаться инструктора. Подошла Ксюха, и только мы собрались идти дальше, как из Адыл-су выскочила жалкая кучка пьяных отморозков и учесала наверх. Картина впечатляла, было ощущение, что попал в один из рассказов родителей про 80-е годы, когда людей сотнями и тысячами гоняли на маршруты в честь какого-нибудь съезда КПСС, например. Бесконечный поток людей растворялся в тумане. На предвершинном гребне оказалось человек 50, желающих покорить Гумачи. Сидя в очереди, определили, что пъяныя молодчики, это группа из Минска. Ребята оказались высокообразованными патриотами и записку написали на белорусском языке. Записками мы обменялись и пошли потихоньку вниз. На перевале встретили "обмороков", так теперь назывались Серегины "трупы", полюбовались Эльбрусом, который изредка вылезал из-за облаков, и бегом побежали к ночевкам, где перекусили, собрались и ушли в лагерь.


Ледник пройден.

Друзья тропят.

Стрекозел.

Мама, это я!

С перевала.

К вершине!

20 июля. День отдыха.

Выходной начался вовсе не с отдыха, а с подъема на завтрак в столовой. В очередной раз я проклял свое отделение - лучше поспать до обеда и пообедать у "обмороков", чем вставать в день отдыха в 8 часов. После приема пищи стало еще хуже, потому что мой еще не проснувшийся организм еще и обожрался. Ну а в целом - день отдыха как день отдыха - сушка, стирка, подготовка к следующему выходу, выпуск на маршруты.

Ах, да, разведка доложила, что в Уллу-тау есть газовый барон, который заправляет баллоны чем-то более-менее похожим на газ, а не той мочой, которой мы уже испортили одну горелку. Газовым бароном оказался ни кто иной, как "Бес ДДСа" Сергей Лукьянчиков. Дальнейшие переговоры по газовому вопросу велись только с ним.

21 июля. Наполеоновские планы.

Выход в 11 часов на ночевки под плечо Шогенцукова. Выпустились на пик Шогенцукова по 2Б и по 3Б(4А) и на траверс всех Тютей по 3А. У выхода из лагеря встретили мужика, который сказал, что наверху пострадавший, которому нужно по возможности помочь. По дороге нас обогнали спасатели. Дошли до Райских ночевок, передохнули и пошли дальше. Минут через 15 увидели группу, которая вместе со спасателями транспортировала своего страдальца. Кто-то из них попросил уступить тропу, а заодно подумать, надо ли нам туда переться. Оказалось, что несчастный случай произошел на том непонятном маршруте на Шогенцукова(3Б-4А) - человек вывернул на себя бульник из отрицательной сыпухи. Вечером задумались по этому поводу. Тем же вечером к нам заглянул украинский мамонт альпинизма - дед очень похожий на Санта-Клауса, но раза в 3 старше, худой и беззубый. Дедуля оказался очень общительным и долго травил байки про прежние времена. Дед ушел, и его место занял Серега, который до темноты рассказывал про милицию, военных, русских и нерусских. Наслушавшись сказок, все пошли спать. На этот раз, к нам в палатку предназначенную для двух велосипедов (или одного человека), подселился еще и Серега. Свою палатку он не брал - думал жить у своих обмороков, но Хоббиты (еще одно название "трупов") поставили палатку так, что в ней не то что лежать, сидеть нельзя - сплошные бульники...


Старый "Джайлык".

Колючка.

МЧС спешит на помощь.


Транспортировка.

Забор Джайлыка.

22 июля. Работаем на разряд.

Подъем около пяти. Завтрак. Выход в шесть. Хоббиты второй час кипятят воду на чай. Безуспешно. Пьют, что получилось, выходят тоже.

Выбрались на плечо, там нас поджидал вчерашний дед, который рассказал, как и куда надо лезть на нашей двойке. Долго с ним не общались, но некоторые моменты для себя отметили и побежали дальше. На дюльфере (маршрут начинается с дюльфера) заметили группу, которая спустилась не прямо (на начало маршрута), а влево на ледник, откуда пытается выбраться по отрицательным осыпям, заваленным снегом. Позже выяснилось, что это те товарищи, что тропили нам дорогу на Гумачи. На этот раз они опять вышли в 4 утра и опять боролись с трудностями.

С точки зрения учебно-тренировочного восхождения, маршрут мне очень понравился. Тут отработали и дюльфер, и снег, и лед, и скалы, даже в кошках пришлось полазать по камням. В одном месте даже перила повесили. Одна была неприятность на маршруте - веревка, которая каким-то боком попала ко мне с Костяном. У нас на двоих было две свои веревки, но шли мы почему-то с "самотрахом" - толстенной веревкой, которая постоянно путается и не распутывается, а когда намокает, начинает весить чуть больше меня. На спуске я шел последним. Веревка сдергивала вниз, поэтому на каждый шаг я уходил в снег по грудь.

Спустились на ночевки. Уставшие, но довольные. Я, Машка и Денис закрыли разряд.

Вечером сидели в палатке, изредка выглядывали на улицу, чтобы посмотреть, как там погода. Над Грузией сгущались тучи. Во время очередного сеанса связи, в эфире встретились дядя Дорфман, который уже второй день через нас ретранслируется в лагерь, и радист-Костик из отделения Чистякова. Жгли они уже второй день не по-детски. Это нужно было слушать, воспроизвести я не могу. В эфире шла речь о трехсотметровом дюльфере на подушки в палатки и многое другое. В первый раз Лев пытался как-то поправлять нашего радиста, во второй раз выключил рацию, а в третий он уже понял, что с КВНом бороться бесполезно и смеялся вместе с нами, но потом просил передать рацию Сереге, который и ретранслировал информацию.


5:30. Уже не ночь.

Машка мочит.

Windows XP.

"Записка".

На вершине.

Спуск.

Лёха и "самотрах".

Погода за бугром.

Собрание.

23 июля. Смена инструктора.

Кирпич"Ксюха сделала свое дело, Ксюха может идти!" - еще с вечера заявил дядя Коля, к которому мы перешли в подчинение после закрытия разряда всеми участниками отделения. Коней на переправе не меняют, - подумали мы, но с инструктором Кочневой вынуждены были расстаться. Николай спешил быстрее нас отвести на какой-нибудь маршрут, но мы решили устроить выходной, чтобы отдохнуть и немного привыкнуть к новому инструктору.

Ксюха с Лёхой Золотаревым пошла на Джайлык по четверке, а Чистяков с отделением на Тю-тю по двойке. Мы же не проснулись часов в 8 и не спеша начали готовить завтрак. В девять во время связи Серега передал, что встретил питерского альпиниста из клуба "Горняк", который шел шестерку в двойке. Ночью его напарник вместе со станцией из ледоруба улетел вниз...

Тут же в голову полезло много разных мыслей. Через некоторое время мы заметили спускающего человека, это был брат Машки Сдобниковой. Накормили его бутербродами и напоили чаем, а он рассказал, что случилось на маршруте. Загрузились по полной. Чтобы разогнать дурные мысли, пошли погулять в сторону Джайлыка. Заодно посмотрели на тройку на Шогенцукова и окончательно решили - а ну ее в баню!

На обратном пути заглянули на озера. Только решили проверить воду, как из-за перегиба показались Чистяковцы, которые уже вернулись с маршрута и идут отдыхать на пляж.

Вода оказалась теплой, погода безветренной и день солнечный, поэтому до самого вечера творилось какое-то безумие - купание, загорание, непонятные игры и скоростные забеги по снежнику.

Перед сном любовались розовым закатом, а когда стемнело, переживали и ждали возвращения покорителей Джайлыка. Нашлись, вернулись. Можно спокойно спать.


Инструктор Кирпичев.

Одно из озер.

Первый, второй, третий.

Александра.

Вросшие в берег.

Атлеты.

24 июля. Первый блин.

На этот раз выход в 5. Утро как обычно начинается проклятием гор, себя и всех остальных. Но уже через полчаса просыпаешься, и всё становится хорошо. Покушали, побежали вверх - на траверс всех Тютей. На выходе со снега на скалы догнали группу. Угадайте, кого мы увидели. Правильно - всё тех же друзей с Гумачей и с Шогенцукова. Они не спеша вешали веревки и шли впереди. Обогнать их не было никакой возможности, потому что там такая развалюха, что всех бы поубивали камнями. Через несколько часов выяснилось, что они никуда не спешат, т.к. у них с собой спальники, палатки и запас еды на неделю. На выходе на первую (Восточную) вершину мы смогли обогнать дружественное отделение, но уже было 13:00, а впереди 4 вершины. Подошли к главной - стеночка. Лёха пошел работать, но несколько попыток не принесли успеха. Николай задал вопрос "Ну, что, может вниз?", спустя 10 секунд, сам же на него ответил - "Да". Развернулись и побежали по пути подъема. Временами, казалось, теряли адекватность, но все же нормально отдюльфернули. Кирпичев выбирал путь, а Трутень организовывал спуск. На ночевках были около восьми вечера. Безумно устали, но так же безумно счастливы, что ночевать будем в палатках, а не на снежном гребне. Первая тройка оказалась не такой удачной как хотелось, но, всё-таки, получили отличный опыт - вовремя приняли правильное решение, да и виды оттуда такие...

Чистяков со своей бандой напоил нас чаем, оставил ведро еды и убежал в лагерь со словами - завтра часов в 11 поедем на Эльбрус. Мне тоже очень хотелось сгонять в сторону Эльбруса, хотя бы посмотреть. Спускаться вниз сегодня не было никакого желания, поэтому решил выспаться, а с утра догонять отъезжающих.


Отделение.

Дорога в небо.

Акварель.

Люди на Шогенцукова.

Николай доволен.

Бегом домой...

25 июля. Народные гулянья.

Жил один в своей трехместной палатке. Выспался к 7 часам. Вылез на улицу взглянуть на мир. Вокруг носилось не меньше сотни козлов, коз и маленьких козлят. Одни щипали травку, другие упорно пытались скинуть побольше камней на палатки какой-то группы, подошедшей вчера, а некоторые совершали странные ритуальные действия у камня, служившего столом.

Часам к 9 все встали, к 10 позавтракали. Около 11 я сказал, что тянуть дальше некуда - надо бежать вниз, догонять Серегу. С Костяном побежали в лагерь. По дороге встретили троих погранцов, мимо которых попытались проскочить, отделавшись "Добрым днем", но те окрикнули и попросили документы. Пропуска у нас коллективные и находятся у Ксюхи, а Ксюха в лагере, ну а паспорта мы решили не брать на этот выход - вроде далеко от границы, да и постов по дороге нет. Короче, каким-то чудом они нас отпустили. Дальше встретил Толика с Идой. Перекинулись парой слов, и я потерял тропу - проскочил поворот и убежал далеко вперед. Долго возвращался в поисках переправы через реку. Нашел, прибежал в лагерь, завалился в комнату, где жили наши. Отдышался, выпил литр сока, пришел в себя. Оказывается, зря спешил. Чистяков принял решение сегодня отдыхать, завтра выходить на ночевки, послезавтра мочить очередной маршрут, а уж потом на Эльбрус.

Гулять, так гулять. Пошли в Хычинную, где просидели до половины четвертого. Потом вдруг вспомнили, что надо бы посвящение новичков провести, которые тоже сегодня вернулись в лагерь.

На ходу выдумали трассу, слепили царя (или как он там назывался), забодяжили коктейль и провели мероприятие. Кроме посвящения новичков в альпинисты прошло посвящение Чистякова в инструктора.

Вечером собрались в домике в составе участники отделения + Ксюха + Чистяков. Окрыли бутылочку Ливадии, чтобы отметить закрытые разряды. Разговорились о чем-то. И тут Костяна черт дернул за язык - ни с того, ни с сего он вдруг заявил, - Вот откроется сейчас дверь, зайдет Коля и скажет, - А что это вы тут пьете?!. Спустя секунду приоткрылась дверь. Все замолкли. Показался Коля, который произнес коронную фразу, - А что это вы тут делаете? Народ катался по полу и тупо ржал. Говорить никто не мог.

Потом все собрались на маёвском майдане у палаточного городка, где сидели до поздней ночи.


Козлы.

Дорога в лагерь.

Смотри, новички идут.

Кошки на босы ноги.

Извращение.

Зеленый еще.

На колени!

Целуй посох!

Инструктор Чистяков.

26 июля. Отдыхаем.

У нашего отделения день отдыха. Ерохин и Горбачев, наслушавшись рассказов про наши озера, уходят под плечо Шогенцукова. Чистяков собирает остатки обмороков и отправляется под перевал Койавган, чтобы завтра залезть на ВИА-тау, Кочнева и Золотарев идут на Местийскую хижину. Не знаю, кто чем занимался, но я готовил обед. После обеда занялись подготовкой к завтрашнему дню - решили штурмовать Койавган по тройке лагерь-лагерь. Собрали все бумажки, подписали, выпустились. Выход назначили на 4 часа. Вечером надуло дождь, загремел гром. По связи все доложили, что всё хорошо. В надежде на хреновую погоду я пошел спать.

27 июля. Альпинизм.

Подъем по будильнику в три часа. Денис готовит воду на чай, я иду будить Кирпичева. Погода подозрительно хорошая - тепло, сухо, ветра нет, яркие-яркие звезды и Луна. В 3:40 начинаем переживать за Костяна, который остался ночевать в своей палатке и до сих пор не подошел. Побежал его искать - тот мило спит в обнимку с будильником. В 4:10 вышли. Темень страшная, ничего не видно, тропа теряется каждые 50 метров, упираясь в болото или речку. Несмотря, ни на что ломим вперед, потом вверх. Потихоньку начинаю сдыхать, но стараюсь не отставать. Вылезли на ночевки в 5:20. Очень тяжело, да еще и перевал открылся. Над перевалом по-страшному крутит тучи, начинает дуть ветер и накрапывать дождь. Остановился. Подумал, что дело пахнет керосином. Принюхался, нет, не керосином - газом. Что-то зашевелилось в палатке, открылся замок. Запахло еще больше. Из тамбура показалась борода, которая закричала, что только идиоты в такую погоду куда-то ходят. Когда Лукьянчиков вылез, дышать я перестал вообще - этот человек насквозь пропитан газом. Сергей заметил, что мы идем с Кирпичевым и перестал кричать, что только идиоты ходят в такую погоду - Коля тоже ходит. Лукьянчиков рассказал нам, как спускаться с вершины и предупредил, что после выхода на гребень обратной дороги нет. Выслушали и побежали наверх. Там высоко, там дождя нет - там снег. Так нас подбадривал Николай.

Поднимаясь по кулуару, я начал понимать, что такое альпинизм. Внутри у меня шла жестокая борьба. С одной стороны, было так тяжело после ночного забега, что хотелось бросить всё об землю и пойти вниз. С другой стороны, очень хотелось сходить тройку, да и просто перебороть себя. Кое-как дополз до гребня. Там связались, начали лезть - стало легче. Лезть намного проще, чем тупо топтать. Костян с Кирпичем шел впереди, я с Денисом сзади. В один прекрасный момент первая связка уткнулась в трудный участок, а мы их обогнали, обойдя стенку слева. Дальше я уверенно лидировал. Когда пролез очередную веревку, понял, что сердце готово бежать из груди. Спас меня сникерс и термос с чаем. Отдышался, выпустил Дениса вперед. Вторым идти оказалось значительно сложнее. Когда иду первым, сам выбираю себе дорогу и иду в своем темпе, а тут спешишь, да еще и лезешь не там, куда ведет интуиция. Догнал Дениску, снова поменялись. Закончился скальный гребень вышли на снежный. Услышал сзади грохот, обернулся - вниз летели два телевизора с диагональю дюймов 30, срывали за собой другие камни, куски льда и снег. Булыганы сбросил Коля. Костян был внизу, но вовремя прижался к стене. Все живы. Идем дальше. По описанию несколько раз находили ключевой участок, который только ближе к концу маршрута оказался именно тем, о котором пишет РИСКовый гайд. Можно обойти стену справа и слева. Хочу идти слева - там положе, но инструктор отправляет направо. Проскребаюсь, видно, что слева всё намного проще. Делаю перила, остальные жумарят. Бежим дальше, выходим на вершину в 14:00. Меняем записку и спускаемся в сторону Адыл-су. Затем нужно подняться на перевал и спуститься в сторону лагеря. Погода всё хуже и хуже. На три такта забираюсь по сыпухе на черный перевал. Надо ждать остальных. Но там такой ветрила, что приходится ложиться, чтоб не улететь. Спускаюсь на несколько метров вниз - там ветра меньше. Начинается дождь, и за бугром слышны раскаты грома. Наслушавшись баек Чистякова про грозы в горах, принимаю решение спуститься хотя бы метров на сто. Там закутываюсь в накидку от рюкзака и жду отделение.

Спустились на ночевки. Там нас напоили чаем. Потихоньку идем в лагерь - нужно успеть до контрольного срока. За полчаса до лагеря с Гарваша прилетает жопа, накрывающая всё ущелье. Промок до костей, завалился в комнату. Там лазарет - лежит Полина, которая проболела все сборы, и Лёха Золотарев, который поел в столовой и мучается с животом. Присоединяюсь к ним. Заворачиваюсь в спальник и лечусь шпротами.

Высох, отогрелся и пошел спать - завтра выезд на Эльбрус.


Коля и Джайлык.

Орел.

Погода.

Адыл-су.

Перевал Койвган.

Радуга.

28 июля. Которую ты так и не покорил...

Утром быстро собрали шмотки, загрузились в автобус и поехали на поиски остывающего жирного журбаура. В Терсколе закупаемся едой и прибываем на Азау. Азау напоминает прошлогодний Домбай - пыль, стройка, рынок, кафешки, отели. Серега идет на запах. Находит кафе, где уже остывает его журбаур. Отъедаемся нормальной едой и бежим на подъемник. Азау - Кругозор - Мир - Гарабаши. Вот они легендарные "Бочки". Тут уже снег. Стоят ратраки - обитатели Эльбруса. Впереди бескрайние снежные поля. Потихоньку движемся вверх. Немного отстал от всех, чтобы сфотографировать. Стал догонять - такое чувство, что по тропе идут не альпинисты, а медведы. Не понятно, где след от правой, а где от левой ноги. Через пару минут слышу крик Чистякова, который утверждает, что убьет Кравца, как только догонит. Понятно, почему тропа такая кривая - Костик тропит. Дошли до Приюта. После пожара его не восстановили, а полностью разобрали. Уходим немного вправо и вверх. Ставим палатки. Серега свою не ставит, наверное, боится, что его сдует. У Хоббитов одна огромная четырехместная палатка, которую им впарил Дорфман. У меня с Костяном двухместная. Поставили, через некоторое время приходит Ксюха с просьбой поселиться на пару дней. Без проблем помещаемся втроем. После установки Дорфманской палатки выяснилось, что она меньше нашей, поэтому к нам подселяется еще и Наташа. Теперь нас четверо.

Немного о погоде. Не знаю, какая обычно погода на Эльбрусе, но сейчас дует страшный ветер. Вершины не видно. На несколько минут тучи раздуло. Открылись обе вершины горы, сквозь облака показалась Ушба. Всё, план минимум выполнен - побывал на Приюте-11, посмотрел на ратраки, Ушбу и правильный вид Эльбруса. До этого видел его только кучей, а тут как на открытках. Теперь готовимся к плану-максимум.

Вечером ужин, утром выход на скалы Пастухова и возвращение к палаткам. Послезавтра - штурм вершины. Но впереди ночь...


Азау.

Бочки.

Мусор.

В неизвестность.

Ратрак.

Появился Эльбрус!

Весь виден.

Ушба.

Последние лучи солнца.

29 июля. Дожить до рассвета.

Этот день начался ровно в 0 часов 0 минут. До этого момента я лежал и ворочался, потому что сбоку морозило с улицы, с другого боку, как селедки, лежат соседи, да еще и голова почему-то оказалась в самой низкой точке палатки. Так вот, ровно в 12 часов ночи, я приподнялся, открыл тамбур, посмотреть, как там погода (а погода была ужасная - ветер рвал палатку и сыпал то ли снег, то ли дождь). Открыл я тамбур. И тут меня так заплющило, что ни словами сказать, ни пером описать. Лучше спросить у Ксюхи, Наташи и Кости. Они расскажут, что видели, причем уверен, что каждый из рассказов не будет похож на предыдущий...

Напоили меня чаем и витаминками. Через несколько часов еще раз поплохело, потом вроде уснул. Утром было намного лучше. Вылез из палатки, сходил на шхельду. Ощущения были, как при температуре 39-40. Немного подумал и решил спускаться вниз. Ладно, если б была нормальная погода, а то к ночному ветру добавился еще и снег.

Ксюха с участниками пошла в сторону скал Пастухова, а Серега с Машей отвели меня до канатки. Спустился вниз и пошел искать жилье, т.к. палатки у меня не было. Знал бы, что Терскол так близко, поселился бы там, а так пришлось остановиться в отеле на Азау за 900р в день.

Горячий душ, теплая постель и шум дождя за окном - вот оно счастье. Завалился спать. Проснулся только утром на следующий день.


Баксан там.

Облака.

Мой отель.

30 июля. Прогулка.

Заплатил за два дня за хату и пошел вниз по дороге. Прошел Терскол, добрался до Поляны нарзанов. Удивился тому, что увидел - черный пустырь, по краям которого стоят забегаловки. Ну и где нарзаны? Нашел ржавую речку и трубу, на которой написано "нарзан". Мда, здесь ловить нечего. Пошел домой.

Связался с нашими на горе - у них снег, ветер и ничего не видно. Завтра по-любому спускаются вниз, независимо от того, пойдут наверх или нет.


Хорошо им наверху...

Отсюда только вниз.

Пластика.

На Грузию!

МЧС.

Нарзан.

31 июля. Новый год.

08:14:49 смс от Насти: "Доброе утро) у нас тут новый год со снеговиком. Часов в 10 вниз пойдем..."

Около 12 часов все спустились. Для меня был сюрприз - среди спустившихся были Серега Гетьман и Боря. Неужели меня так горнило, что раньше я их не заметил? Оказывается, они подошли наверх вечером, после того, как я свалил вниз.

После обеда в кафе пошли в Терскол. Вот теперь я узнал, где нужно было жить. Серега снял трехкомнатную квартиру с двумя балконами, кухней и горячей водой в душе за 2000 рублей на всех. Кинули вещи и пошли в сторону нарзанов. По дороге Чистяков долго рассказывал о местных достопримечательностях. Даже обещал показать вагон московского метрополитена, но так и не показал.

Дошли до Поляны Нарзанов. У Сереги отвисла челюсть. Через минуту молчания он сказал, что поляну, к сожалению, заасфальтировали, и пошел искать тропу в лес. Нашел, позвал нас. Оказывается, в лесу спрятан самый большой нарзан, который бьет фонтаном.

Напились вдоволь, и пошли на Чегетскую поляну, где поужинали и отправились домой. Спать.


Игрушка.

Возвращение Бомжа.

Нарзанный фонтан.

Подмосковная речка.

Жильё.

Чистяков после душа.

Дорога домой.

1 августа. Солнечное затмение.

Утром в 9 часов погрузились в "маршрутку" и понеслись в сторону Адыр-су. Там в 11:00 нас должен подобрать Икарус с остальными маёвцами. Приехали в 9:45, выгрузились, ждем. Ни Икаруса, ни наших нету. Только изредка подъезжают машины и предлагают подвезти. Мы любезно отказываемся.

За 3 с половиной часа успели насобирать и земляники, и малины. Вокруг бегали и посвистывали Мармоты, жалуясь на нелегкую жизнь.

В половину второго загрузились в автобус и поехали в Нальчик. В 14:00 по ящику мне пообещали солнечное затмение. Но затмило всё без десяти два - тучи сгустились так, что темнее было, чем ночью, и полил дождь.

В Нальчике дождя не было, но было жарко, влажно и душно. Сгоняли на рынок, закупились едой. Забрались в поезд. Серега разливал айран и угощал курочкой-гриль. Вечер незаметно превратился в ночь, потому что на этот раз Чистяков рассказывал, как он был милиционером - этих баек участники еще не слышали.


Терскол.

Маршрутка.

Marmot.

Крымский мост.

Айран разливает.

Тут Дорфман сел.

2 августа.

Все, кто до сих пор не выспался, наконец-то мог спать, сколько захочет. Ближе к обеду подошел Лев Дорфман. На этот раз была его очередь рассказывать страшно интересные истории из жизни. Ближе к вечеру Чистяков предложил, чтобы тот сделал из его трупов настоящих альпинистов. На это Лев заявил, что с маёвцами работать не будет, т.к. его в Черепаху не пускают. Пошел покурить и не вернулся, наверное, пошел спать.

3 августа. До свидания, мой любимый город.

День начался с ночи, а ночь с остановки в Рязани. Полина, Саша и Женя выбежали на перрон и устроили, по их словам, традиционный рязанский концерт. Исполнили 5 или 6 песен, насквозь пропитанных любовью к этому городу. Пели так громко, что слышали их жители и гости Рязани, пассажиры поезда и, даже, маёвское отделение, которое находилось в Цее (благодаря мобильной связи).

Поезд тронулся, концерт закончился в тамбуре вагона. А через три часа уже была Москва, суета и пробки на дорогах...

Послесловие.

На этом мой рассказ заканчивается. О многих событиях я тут забыл написать, где-то переврал, где-то недоврал. Поэтому, исправляйте неточности, добавляйте свои мысли, комментируйте - технические возможности сайта, вроде, позволяют. Спасибо за внимание.

Виктор Поляков, специально для www.alpclb.ru
 
Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться -->
или
 
--> Зарегистрироваться <--
   

    




Подписаться на новости
 
Camp Russia
Скалолазный центр BigWall на Савеловской
Simond
ClimbLife - Путешествия на скалы.

         
  © 1996–2018 Альпклуб МАИ